тот крякнул от неожиданности, и после этого Агертон начал выталкивать уже всех нас из обители духов.
– Но мы бы хотели послушать, – сопротивлялся Кристофер. – Вы сделали нас преподавателями…
– Верно, но в том и дело, что я только-только сделал вас преподавателями, вы пока еще не являетесь полноценной боевой единицей и не можете себе представить масштабы реальной угрозы!..
– Герти?! – Заговорил внезапно призрак и все тут же замерли.
Судя по выражению лица Агертона, Герти – это он. Его аж перекосило то ли от ужаса, то ли от удивления. Но он снова быстро опомнился и снова попытался нас вытолкать. Это показалось подозрительным уже всем нам, даже Пятый, мечтавший уже поесть, не торопился уходить.
– Герти, это ты?! – Не скажу, что различала настроение приведения, но мне показалось, что он был явно обрадован.
Агертон на несколько секунд сдался и обернулся, подарив призраку быструю и довольно напряженную улыбку.
– Орми? – Осторожно обратился к призраку некромант.
– Герти! – Внезапно обрадовался призрак и даже расставил руки в стороны, как будто собирался обнять Агертона.
Но это ему естественно не удалось, более того, призрак сильно удивился, что и с места сдвинуться не может. Его держал круг призыва, Хэйл не пошел дальше и не выпустил духа для свободного перемещения по обители.
– Ты… в порядке? – Зачем-то спросил Агертон.
– Я? В порядке? – Призрак раскатисто расхохотался, а некромант снова к нам обернулся и махнул рукой, мол, «уходите». Мы не сдвинулись с места. – Да ты совсем рехнулся, остолоп недоделанный!
В этот раз голос призрака звучал угрожающе, он явно злился. Бросившись к границе собственного круга, призрак начал колотить призрачными руками по барьеру, словно желая выбраться.
– Значит, ты меня помнишь, – криво ухмыльнулся Агертон.
– Да! Скотина ты нерезаная! Выгребная яма мироздания! Обглоданный огрызок!..
Ну и далее по тексту пошли такие несуразные оскорбления, каких ни я, ни тем более остальные не в жизни не слышали. Призрак проклинал как самого Агертона, так и его семью до третьего поколения.
Смутившись, пожалуй, впервые с момента нашего знакомства, Агертон робко обернулся и шагнул к нам.
– Мы с ним не очень ладили, а я не хотел, чтобы вы это слышали, – признался он, нервно одергивая рукав. – Был бы очень признателен, если бы вы дали нам пару минут, чтобы разобраться в делах былых дней.
Искренность в глазах Агертона казалась не наигранной, ведь он на удивление не паясничал. Даже Кристофер вздохнул, понимая, что данная ссора не предназначена для случайных ушей. Стоило только догадываться о причине конфликта, но мы все же решили покинуть обитель, хотя бы на время.
Агертон последил за нами пару мгновений, а потом рысцой вернулся к призраку.
– Хватит, Бормас! – Рявкнул некромант. – Прошлое в прошлом, чего его ворошить?
– Что?!! – Взревел призрак и принялся биться о барьер сильнее. Его старания были тщетными, из круга ему не выбраться, однако своим бунтарством он добивался определенных целей. Вой в зале начал усиливаться. – Да как ты смеешь?! Ты! Ты! Ты убил меня…
И тут мы замерли у выхода и медленно обернулись. Что?
– Не надо так драматизировать, Бормас, ты сам свалился в расщелину! – Заявил Агертон.
– Но ты мне не помог!
– А что я должен был сделать? Прыгнуть следом и умереть?!
– Мог бы для приличия! – Возмутился Бормас.
– Перестань, это несерьезно, – отмахнулся Агертон. – Возьми себя в руки. Ты даже после смерти еще та болячка на…
– …а ты терпи! – Рявкнул Бормас. – Потому что ты сам меня вызвал!
– Да-да-да, – Агертон закатил глаза и вздохнул, позволяя призраку продолжить череду оскорблений.
Мы с остальными преподавателями переглянулись и решили все-таки уходить. Однако на нас тут же обратили внимание.
– А кто это с тобой пришел? – Поинтересовался Бормас.
Мы снова замерли, а Агертон обернулся и бросил в нашу сторону возмущенный взгляд, мол, «вы еще здесь?».
– Тебе какая разница вообще? – Вернулся к разговору с призраком некромант. – Тебе до меня-то дела нет, а до них что?
И в первый миг я даже наивно подумала, что Агертон таким образом нас оберегает. Мол, зачем какому-то духу проявлять к нам интерес? К тому же, судя по всему, враждебному духу.
– Значит, ты вернулся, Герти, – злорадно заявил Бормас, перестав биться о барьер, сложив руки перед собой. – Ведь не по доброте душевной это произошло, так ведь?
Агертон занервничал, обернулся на нас и махнул, мол, «уходите!». Но в этот раз никто об этом даже не подумал.
– Ах, ты заноза! – Воскликнул Бормас и мы было подумали, что сейчас начнется новая волна возмущений. – Мало того, что ты сбежал после восстания, так у тебя хватило наглости вернуться и требовать свое!
– Вы были здесь, когда случилось восстание?! – Нахмурилась я.
Агертон быстро обернулся и замотал головой, Бормас же торжественно просиял.
– А он вам не сказал? Неудивительно, этот крысеныш многое недоговаривал, – самодовольно заявил призрак. – Так-то я бы не за что ничего не рассказал, и унес эту тайну в могилу. Но раз уж я уже там…
– Орми, миленький, тише ты, твой бред никому не интересен… – попытался выкрутиться некромант.
– О чем это Вы? – Теперь поближе подошел Кристофер, за ним потянулись и мы.
– Ни о чем! Это бредни сумасшедшего духа! – Безуспешно пытался отмахнуться Агертон.
– Ты думал, что вернешься сюда, и у тебя все получится, – похоже, призрак намеренно оттягивал момент. – И твой пустоголовый дружок, Бормас, обязательно тебе поможет. Куда ж он денется? Так ведь?
– Ничего подобного, – запротестовал Агертон. – Я просто хотел найти твои кости и предать их земле, чтобы ты не мучился…
– Ха-ха-ха-ха! – Расхохотался Бормас, а затем взглянул в нашу сторону и злорадно ухмыльнулся. – Некогда старый некромант не желал делиться нажитым имуществом с государством, умирал от болезни. А все свое богатейшее состояние спрятал где-то в Школе. Только его ученик знал об этом, однажды проболтавшись нам в одной таверне, когда Агертон его напоил. Как он рассказал, богатства – это целая сокровищница, и тот, кто найдет ее, обеспечит жизнь до своих пра-пра-пра-пра правнуков.
Бормас злорадно глянул на Агертона, который тут же стушевался и старался не встречаться с нами взглядами.
– Живи теперь с этим, – бросил призрак, а затем под собственный раскатистый хохот растворился и исчез.
Мы все внимательно смотрели на Агертона.
Мы все ждали, что сейчас последует нечто рациональное, объясняющее очевидное поведение Агертона. Может быть, это первичное впечатление, его статус, ведь он взял над нами шефство и казался профессионалом. Но теперь…
– Значит, Вы – не преподаватель, – тишину разрезал Кристофер.
Агертон тут же вскинулся и глянул на того с вызовом.
– Ну, почему же? Я… мог бы им стать! И я не лгал! Совет действительно хотел закрыть Школу, но я ее спас!
– И каким же это образом? – Поинтересовалась я.
Агертон напустил драматичности в свои следующие речи, вернувшись к своему привычному представлению.
– Решение было принято после шести недель совещаний, – стал рассказывать некромант, – восстание было не подавить и не остановить. Но Школа находилась под землей и выбраться оттуда без магии невозможно, поэтому нежить не могла оказаться наверху.
– Но Вы выбирались, – напомнила я.
– Да, потому что некромантия дала мне такую возможность, – объяснил Агертон. – Я вызвался разобраться с проблемой и набрать новый курс. В меня, конечно, мало, кто поверил…
– Интересно, почему, – скривился Кристофер, скорее констатируя, нежели задаваясь саркастическим вопросом.
– Но противиться не стали, когда я изъявил желание распространить приглашения на этот год, – закончил Агертон, намеренно игнорируя реплику Кристофера.
– Вы не могли вызвать духов самостоятельно, поэтому Вам нужны были адепты, – поддержала настрой Кристофера я. – Поэтому мы здесь. И поэтому вы назначили нас якобы преподавателями. А я все задавалась вопросом: кто в здравом уме делает из обычных адептов, которые едва ли слово «некромантия» выговаривают, учителями? Только тот, кому это выгодно.
– Моя милая Златовласка, причины твоего недоверия мне ясны, но не стоит называть меня сумасшедшим, – в его глазах сверкнули недобрые искры, и я невольно сделала глубокий вздох, однако продолжая смотреть на него в ответ. – Как, думаете, обучались первые некроманты? Преподаватели из воздуха не берутся, ими тоже становятся. И пусть я был с вами не совсем
